Массовое истребление людей остается преступлением на все времена
Это типично не для одного лишь германского национального духа — геноцидное мышление как таковое есть порождение европейского мышления.
Недаром среди первых разработчиков расовых и нацистских теорий в середине XIX века были французские и английские философы и писатели — такие как Жозеф де Гобино, Хьюстон Чемберлен и другие. Да и понятие шовинизма как крайней степени убежденности в собственном национальном превосходстве обрело свое название по фамилии французского солдата Николя Шовена. Усмешка судьбы: битого солдата. Служил-то он в наполеоновской армии.
Первое: заявка на всеуничтожение
Немцы всегда испытывали чувство превосходства над окружающими народами. Но после проведенного в 1860-х годах объединения "железом и кровью" немецкого "лоскутного одеяла" в единую империю пангерманский шовинизм вышел из берегов обычного для европейцев местечкового национализма. А когда "Второй рейх" вошел в колониальные державы, немецкий шовинизм органично дополнился английским расизмом.
Уже в Первой мировой войне немецкое командование для пущей мотивации своих солдат широко применяло идеологемы "арийского превосходства". А после поражения на все это наложился еще и комплекс "несправедливо обиженных".
Как итог, шовинизм и расизм легли в фундамент идеологических доктрин Национал-социалистической немецкой рабочей партии (НСДАП). И все это густо замешалось на учении Карла Хаусхофера о "жизненном пространстве", которое тот преподавал своему студенту Рудольфу Гессу. А когда тот сел в тюрьму за участие в фашистском "Пивном путче" 1923 года в Мюнхене — и его сокамернику, другу и фюреру Адольфу Гитлеру.
Таким образом, во Вторую мировую войну Германия вступала вооруженная крепко сколоченной и даже наукообразной идеологией всемерного (включая биологическое) превосходства "арийской" расы над "недолюдьми" из "низших" рас.
А поскольку "надчеловекам" в тесной Европе жизненного пространства не хватало, это пространство полагалось расширить. За счет чего? Да за счет населенных "недочеловеками" территорий. Логика.
А дальше концепция складывается еще более логично. Имеются огромные богатые территории на востоке Европы. Даже если бы они были населены людьми "правильной" расы, оную расу стоило бы заявить неправильной. Так что, как говорится, ничего личного.
"Мы обязаны истреблять население, это входит в нашу миссию охраны германского населения. Нам придется развить технику обезлюживания. Если меня спросят, что я подразумеваю под обезлюживанием, я отвечу, что имею в виду уничтожение целых расовых единиц… Если я посылаю цвет германской нации в пекло войны, без малейшей жалости проливая драгоценную немецкую кровь, то, без сомнения, я имею право уничтожить миллионы людей низшей расы, которые размножаются, как черви".
Так, согласно материалам Нюрнбергского процесса, формулировал свои задачи Адольф Гитлер.
Более прагматичный рейхсляйтер Мартин Борман гуманистично даровал славянам… право стать рабами: "Славяне должны на нас работать. В той мере, в какой они нам не нужны, они могут вымирать".
Второе: планы всеуничтожения
Так что немцы, от фюрера до последнего гефрайтера, прекрасно знали, зачем они идут на восток и как они будут там себя вести. Еще в марте 1941 года Гитлер объявил генералам вермахта, что война с СССР должна стать "борьбой на уничтожение". И генералы это приняли.
Поэтому жестокость нацистов — не ответ на действия партизан, как позднее уныло оправдывались те же генералы, а вполне намеренно разработанный план. Назвали его "Генеральным планом Восток" (в литературе он остался под немецким обозначением "Ост"/"Ost") и предусматривал он принудительное выселение с оккупированных территорий СССР до 75-85% населения. И замещение его немцами или онемеченными колонизированными массами.
Существовал еще меморандум так называемого особого штаба "Ольденбург", специально созданного для изъятия всего пригодного имущества и продуктов на оккупированных территориях Советского Союза.
Один из тезисов также убедительно показывает, что немцы прекрасно знали: "Если мы сумеем выкачать из страны все, что нам необходимо, то десятки миллионов людей обречены на голодную смерть".
Но "русский человек привык за сотни лет к бедности, голоду и непритязательности. Его желудок растяжим, поэтому не допускать никакой поддельной жалости".
И к осуществлению этих планов приступили вермахт и СС.
Третье: реальность всеуничтожения
Разумеется, нормальный человек — даже с куцыми европейскими представлениями о нормальности — способен прийти в содрогание от того, какими методами предполагалось осуществлять эти планы.
Да, безнаказанно отнять или ограбить в свою пользу — на этом европейский порядок строился по меньше мере последние полторы тысячи лет. Но массовые расстрелы и депортации гражданских — к этому надо было привыкнуть.
Привычку призваны были облегчить приказы и директивы по армии и СС, освобождающие от ответственности как за военные, так и вообще за любые преступления против советского гражданского населения. Этими документами фактически вводился режим неограниченного террора немцев и их союзников на оккупированных территориях.
Так, в руководящих указаниях от 23 мая 1941 года "О поведении войск в России" предписывалось казнить мирных жителей не за сопротивление, а даже за малейшее неповиновение оккупантам.
Смертная казнь для русских вообще была главной карательной мерой. За деяние одного казнили десятки; в качестве превентивной меры практиковалось взятие заложников (которых и расстреливали бестрепетно в случае, например, нападения на немецких солдат); только на основании одного лишь подозрения людей помещали в концлагеря. Откуда, как правило, не было возврата.
Кроме тотального террора к массовой гибели гражданского населения приводил и искусственно (а с точки зрения германского руководства, естественно) организованный голод. После того, что походя награбили солдаты, оккупационные власти проводили уже плановые реквизиции продовольствия со складов, магазинов, общинных и коллективных хозяйств. Голод терзал людей на оккупированных территориях постоянно; не очень сытные пайки выдавались лишь тем, кто работал на немецких оккупантов или хозяев.
Крестьян оставили в колхозах. Только обложили беспощадными налогами и натуральными изъятиями, да обязали сдавать продукты оккупационным администрациям по заниженным ценам.
Про угон в Германию и говорить нечего — это был фактический налог людьми, в первую очередь молодыми. И в огромном размере: по вполне доказательным данным на каторжные работы было вывезено не менее 5,2 млн советских граждан. Около 2 млн из них там же, в Германии, и погибли.
Невозможно без боли говорить и о наших пленных. Достаточно вспомнить запись самого Геббельса в дневнике, где тот жалел, зачем так много пленных было попусту умерщвлено в 1941 году, а теперь, после всех мобилизаций в Германии рабочих рук не хватает. Еще бы — в 1941 и первой половине 1942 года взятых в плен красноармейцев буквальным образом не кормили и не поили во временных и пересыльных лагерях, отчего там царила массовая смерть от голода.
Их уничтожали в гоняемых туда-обратно (буквально, чтобы побольше вымерло в пути!) колоннах, расстреливая раненных и отстающих. Их ради развлечения травили собаками, а ради назидания вешали. Известно, что в одном лишь брянском Дулаге-142 в день погибало в разы больше людей, чем в знаменитом Бухенвальде: 100-150 против примерно 20.
А это был еще не самый жестокий лагерь из более чем пятисот, созданных нацистами на русской территории в годы войны. Самым жестоким был детский концлагерь в Белоруссии "Красный берег", где у детей забирали кровь, подвешивая их за ручки и отрезая ступни ног, чтобы стекало побольше.
Последнее: подсудность всеуничтожения
По наиболее надежным подсчетам, в результате осуществления политики геноцида на оккупированных немцами советских территориях было уничтожено, погибло в результате карательных акций и умерло от голода не менее 13,6 млн мирных граждан.
Для ясности следует отметить, что в политике геноцида участвовали не только немцы. Жуткую славу по обращению с мирным населением России приобрели венгры и хорваты — настолько, что в 1943 году, когда каток войны пополз назад, для них за счастье было живыми попасть в плен.
Зверской жестокостью отличались прибалты и финны.
Поляки, из тех, которые тоже служили в вермахте (а их насчитывалось порядка 450 тыс.; только в плену у нас оказалось 60 тыс. поляков), отмечались убийствами с изыском.
Особую роль в геноциде советских людей сыграли украинские коллаборационисты, как из бандеровских и шухевичских банд, так и полицаи "россыпью". Именно им немцы поручали ликвидации, в которых брезговали или не в силах были участвовать даже эсэсовцы.
Что ждало этих преступников против человечности? Тут уместно вводное понятие "к сожалению".
Поначалу уже в ноябре 1942 года была образована Чрезвычайная государственная комиссия, которая взялась за работу по документированию преступлений — ради дальнейшего судебного преследования виновных. На основе собранных комиссией тысяч свидетельств о злодеяниях нацистов и их пособников было принято решение начать открытые судебные процессы над этими людьми. Это было предписано указом Президиума Верховного Совета СССР № 39 от 19 апреля 1943 года (отчего именно эта дата и стала сегодня Днем памяти жертв геноцида советского народа).
К сожалению, тогда не оперировали еще понятием "геноцид" — оно вошло в употребление только на Нюрнбергском процессе 1945 года. Поэтому виновных судили за конкретные уголовные деяния. Судебные процессы проходили также не централизованным образом, а лишь по областным городам.
С 1943 по 1949 годы было публично осуждено 252 иностранных военных преступника. А всего за 1943-1952 годы по 39-му указу осуждены не менее 81 780 человек, считая не только иностранцев, но и "своих" предателей-коллаборационистов.
К сожалению, далее (с 1947 года) процессы стали закрытыми. По непонятной причине.
Еще одно "к сожалению": когда в октябре 2020 года преступления геноцида вновь стали рассматриваться в России — причем именно как преступления геноцида — они вновь стали рассматриваться, так сказать, местно. По регионам, где руководство занималось такой работой. Сегодня таких регионов 34.
И лишь с 21 апреля 2025 года понятие "геноцид советского народа" было введено на уровне федерального закона.
Остается надеяться, что это — не последний шаг. А шаг, который приближает нас к созданию общенационального трибунала по преступлениям геноцида, причем не только в отношении советского народа.
Тут, к сожалению, виновным уже ничего не грозит, кроме посмертного осуждения. Но вот в свете нынешней — собственно, всегдашней — впадающей в геноцид политики Запада и Европы, в частности, а также деяний западных "прокси", прежде всего на Украине, имеющих все признаки геноцида, напрашивается создание трибунала по преступлениям геноцида против народов России.
С преследованием виновных без срока давности.